Наслаждаться, представлять и рисовать небо у меня всегда получалось лучше всего. Я всегда ловил моменты, когда можно просто лечь на землю и молча смотреть на небо. И не важно день это или ночь.

 Потому что только глядя на небо я могу хоть на чуть-чуть достичь более высокого состояния осознанности. В этом плане разве что хорошая музыка и книги могли как-то конкурировать с удовольствием познания небесных глубин. Удивительно, что люди боятся смерти. Посмотрите ввысь! Небо - это одна из самых красивых, вдохновляющих, чудесных субстанций на Земле. Смысл боятся смерти, если вы попадете туда. Наоборот надо радоваться, что когда-то вы будете на небесах.

Мои мысли прервало объявление о том, что скоро самолет отправляется в рейс и прочее. И вот наш самолет достиг максимальной высоты. Я нахожусь там, куда я люблю засматриваться - в небесах. Смотря на эту, казалось бы, прекрасную субстанцию отсюда, меня поразило то, что нет этого блаженного  восхищения, которое было в 5 часов утра перед вылетом. Я задался вопросом о причине этого и понял, что во мне есть эта отвратительная человеческая сущность, из-за которой все что рядом с нами мы не ценим. Это открытие меня поразило и разочаровало. Я знал о такой своей черте характера, но именно в этот момент я ее осознал. Между "знал" и "осознал" есть большая разница. И вот на пути к своей мечте у меня началась депрессия. Просто невероятно. К такому повороту событий я был не готов.

Через некоторое время прозвучало объявление о том, что необходимо сделать срочную посадку в связи с техническими проблемами. В последнее время везде говорят о том, что мысли материальны. Вот я и принял всю вину на себя. Мозговая жвачка, которая была бы сейчас очень кстати, почти перестала функционировать и глупые негативные чувства обрели верх надо мной. Я был разочарован и подавлен. Как мазохист, терзая себя за то, что мои небесные мечты разбились и за то, что своими мыслями довел самолет до неполадок. И вот самолет приземлился на серую посадочную полосу. Я видел только ее, так как голову я, последние пол часа, не подымал вверх ни разу.